Определение понятий агрессии, насилия и самозащиты

Введение

Темы агрессии, насилия и самозащиты как форм поведения в человеческих взаимоотношениях очень часто становятся предметом бурных споров, к которым приводит попросту непонимание или несогласие в том, что подразумевать под данными терминами. В большинстве таких обсуждений оппоненты так и не могут провести чёткую границу между этими понятиями, опираясь лишь на субъективные определения, соответствующие их личным взглядам. Существует мнение, что определение понятий агрессии и насилия только и может быть сугубо субъективным, зависящим от культуры и мировоззрения отдельных лиц и их групп.

Всё это, в том числе, нередко приводит к проблеме использования понятий агрессии и насилия как синонимов. Особенно это касается идеи борьбы с насилием и его искоренения в человеческих взаимоотношениях, которая подвергается критике с точки зрения естественности агрессии и её необходимости в ведении деятельности и выживании человека, также как и любых видов животных в целом. Но не заметили ли вы в подобной аргументации ошибку? Насилие оправдывается естественностью и важностью агрессии. Также наравне с этой проблемой нередко возникает и проблема разделения насилия и самозащиты.

Чтобы избежать подобных проблем и ошибок, а также определиться с тем, что подразумевать под агрессией, насилием и самозащитой, мы можем обратиться к естественным наукам, а точнее к этологии – науке, изучающей поведение животных, а также соединяющей биологические и социологические науки в случае изучения поведения человека.

Агрессия

Как чувство агрессия состоит в ощущении или демонстрации злости, выражающейся раздражением, неудовлетворённостью или враждебностью. Однако агрессию во внутривидовых взаимоотношениях наилучшим образом можно определить как форму социальной коммуникации, характеризующуюся ограниченными действиями, реакциями и социальными сигналами между участниками конфликта.

Важно обратить внимание на термин «ограниченный», который используется для описания правил и ритуалов определённой величины, выражения и последовательности, делающих агрессию функциональным, а также динамичным, но структурированным поведением в сдерживаемых (ингибируемых) пределах. Независимо от специфичных правил, присущих конкретным видам, эти компоненты необходимы для функционально направленной агрессии [1].

Насилие

Разница между насилием и функциональной (или адаптивной) агрессией лежит в поведенческой последовательности или динамике взаимодействий между двумя или более представителями одного вида во время сражения. Насилию присуще отсутствие сдерживающего (ингибирующего) контроля и потеря адаптивных функций в социальной коммуникации.

С точки зрения количественного поведения насилие является обострённой, патологической и аномальной формой агрессии, характеризующейся главным образом коротким периодом между атаками, а также длительным и частым конфликтным поведением, нацеленным на причинение вреда.

С точки зрения качественного поведения насилие характеризуется атаками, нацеленными на уязвимые части тела противника, а также контекстной независимостью атак от окружающей среды или пола и типа противника.

Считается, что функциональная агрессия в отличие от насилия не будет направлена на уязвимые части тела даже в разгар агонистического взаимодействия, если только это не было вынужденным действием, как это можно наблюдать в защитной агрессии (о которой мы поговорим чуть позже) [1][2].

Роль ингибирующего контроля

Очень важно разделять данные понятия, поскольку насилие не равно агрессии, а является её патологической и аномальной формой без сдерживающего (ингибирующего) контроля. Как известно, сдерживание внутривидовой агрессии присуще многим видам, особенно тем, представители которых обладают сильным врождённым вооружением и не имеют значимой возможности спастись от насилия бегством (например ввиду социального образа жизни или территориальной ограниченности ареала обитания).

В качестве примеров такого контроля можно продемонстрировать поведение антилоп орикс, внутривидовые сражения которых устроены так, чтобы не допустить причинения острыми рогами физического вреда оппоненту, поведение воронов, которые никогда не выклёвывают друг другу глаза, или поведение некоторых ядовитых змей, которые во время территориальных стычек вытягиваются, толкаются, но не используют свои ядовитые зубы. Многим видам животных присуще ингибирование внутривидовой агрессии на сигналы подчинения или демонстрацию уязвимых частей тела со стороны сородичей [3][4].

И даже человек не обделён механизмом ингибирования насилия, который активируется при наблюдении им сигналов бедствия (выражений грусти, страха и боли) со стороны других людей, предрасполагает его к прекращению нападения, вызывая у него чувство отторжения к насильственным действиям, а также является предпосылкой для развития эмпатии и других социальных чувств [5].

Самозащита (Защитная агрессия)

Точное определение можно дать и понятию самозащиты, которую нередко называют формой насилия. Однако на самом деле она не относится к насилию и лишь является формой агрессии, подчиняющейся определённым условиям и ограничителям. По эффекту превосходства угрозы, человеку (как и многим видам) присуща способность быстро и эффективно обнаруживать угрозы в окружающей среде, что позволяет вовремя активировать защитные механизмы и адекватно среагировать на угрозу [6]. Стимулы угрозы могут быть врождёнными ввиду того, что человек сталкивался с ними в ходе биологической эволюции (например змеи), или приобретены с опытом (например нож или огнестрельное оружие), поскольку защитные механизмы являются адаптивными [7][8]. Кроме того, люди быстрее распознают злое выражение лица со стороны других людей, нежели нейтральные и счастливые выражения, а также выражения грусти и страха (последние, как уже говорилось, активируют ингибитор насилия у человека) [9][10].

При наличии угрозы активация защитных механизмов происходит автоматически, ещё до того, как человек распознает угрозу сознательно. Этот автоматический ответ характеризуется выбросом гормонов стресса, увеличением давления крови и учащением сердцебиения. И что важно заметить – он замораживает и ингибирует другие текущие когнитивные процессы [7]. И одним из возможных ответов на угрозу является самозащита (ещё один возможный ответ – побег).

Исходя из всего сказанного, самозащиту можно определить как форму агрессии, исполняемую при наличии угрозы в окружающей среде и социальных сигналах. Также в случае внутривидовых взаимоотношений самозащита (или защитная агрессия) определяется как форма агрессивного поведения, исполняемая в ответ на нападение другой особи. Стоит заметить, что экстремальные формы защитной агрессии могут приобретать характеристики насилия [11]. Однако не забываем о том, что в отличие от самого насилия самозащита всё ещё является контекстно-зависимой от наличия угрозы в окружающей среде.

Под конец стоит заметить, что использующиеся здесь определения в основном были взяты из исследований об отделении насилия от функциональной агрессии, основанных на изучении мышиных моделей. Это не должно вас смущать касательно применимости данных определений к человеку, поскольку мышиные модели показали свою эффективность в изучении некоторых аспектов человеческой психологии. Они, как и многие другие животные модели, активно используются учёными в исследовании психических и нейрофизиологических расстройств и разработке соответствующих терапевтических решений для страдающих от них людей.

Источники

1. Natarajan, D., de Vries, H., Saaltink, D.-J., de Boer, S. F., & Koolhaas, J. M. (2008). Delineation of Violence from Functional Aggression in Mice: An Ethological Approach. Behavior Genetics, 39(1), 73–90. doi:10.1007/s10519-008-9230-3;

2. Natarajan. D., Caramaschi D. (2010). Animal violence demystified. Frontiers in Behavioral Neuroscience. doi:10.3389/fnbeh.2010.00009;

3. Lorenz, K. (1963). Das sogenannte Böse. Zur Naturgeschichte der Aggression (Агрессия так называемое «зло»: пер. с нем. — М. : Прогресс : Универс, 1994. ISBN 5-01-004449-8);

4. Eibl-Eibesfeldt, I. (1970). Ethology: The Biology of Behavior, pp. 314—325;

5. Blair, R. J. R. (1992). The Development of Morality. Department of Psychology, University College, London;

6. hman, A. et al (2001). Emotion Drives Attention: Detecting the Snake in the Grass. Karolinska Institute;

7. Isaacs, S. (2016). How hardwired are we against threats?: An EDA study comparing modern and evolutionary fear-relevant stimuli. University of Skövde;

8. Subra, B. et al (2016). Of guns and snakes: testing a modern threat superiority effect. Cognition and Emotion, Volume 32, 81-91;

9. Friedenberg, J. & Silverman, G. (2015). The Emotional Approach: Mind as Emotion. Cognitive Science, SAGE Publications, Inc;

10. Fido, D. (2015). Electrophysiological indices of the Violence Inhibition Mechanism and their associations with physical aggression, callous-unemotional traits, and dietary omega-3. Nottingham Trent University;

11. Koolhaas, J. M., Coppens, C. M., de Boer, S. F., Buwalda, B., Meerlo, P., & Timmermans, P. J. A. (2013). The Resident-intruder Paradigm: A Standardized Test for Aggression, Violence and Social Stress. Journal of Visualized Experiments, (77). doi:10.3791/4367.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s